Обитателю стеклянного дома. Почему абстрактные «инновации» не имеют ценности.

Обитателю стеклянного дома не следует бросаться камнями. Руководителю «Роснано» Анатолию Чубайсу не стоило поминать всуе «РусГидро», которое в итоге полностью провалило эту тему инноваций на Дальнем Востоке. Одно радует в этом публичном мазохизме — руководству «Роснано» есть на кого списать свое состояние «мы не знаем, как нам быть дальше».

Возможно, Анатолию Борисовичу стоит обратиться к своему штатному психологу. Тот расскажет ему про феномен «проекции», когда свои недостатки и провалы приписывают другим, особенно тем, кому завидуют. Такая «проекция» — явный признак фрустрации от отсутствия результатов. Люди, добившиеся серьезных успехов, никогда не спешат обсуждать или тем более приписывать другим некие провалы. Например, в поисках соринок в чужом глазу не замечен ни один сотрудник «РусГидро», несмотря на рекордные показатели прошлого года, в том числе и на Дальнем Востоке.

Между тем пользу для дела можно извлечь даже из заочного спора. Инициированный Чубайсом разговор об инновациях и механизме их внедрения может пойти на пользу не только «Роснано». Нужно только перестать ставить телегу впереди лошади и признать фундаментальный факт, что для любых действенных инноваций нужна работающая сложная система, решающая сложные задачи.

Сами по себе абстрактные «инновации» в отрыве от стратегических задач и сложных систем не имеют ценности, кроме спекулятивной. Так что попытки инноваторов из «Роснано» или «Сколково» наладить взаимодействие с крупными отраслевыми корпорациями нужно приветствовать. Главное, чтобы эти проекты тоже не были абстрактными, отвлеченными от конкретных насущных нужд развития большой страны. Недостаточно просто создать еще один многомиллионный фонд, чтобы, как в той сказке, пойти туда, не знаю куда, принести то, не знаю что.

Опыт взаимодействия «Роснано» и «РусГидро» весьма показателен именно в смысле столкновения этих двух подходов к инновациям — абстрактного и конкретного. Рамочное соглашение было подписано в 2010 году, активное обсуждение в рабочих группах началось через три года. Были определены конкретные направления поиска и внедрения инноваций — это прежде всего новые технологии ВИЭ для солнечных, геотермальных, приливной электростанций, уже работающих в составе «РусГидро». Также изучалось применение новых материалов для оборудования и плотин ГЭС, новых технологий накопления энергии, помимо ГАЭС.

Всего было отобрано 14 проектов, из них пять как первоочередных. Компания «РусГидро» сразу же предупредила партнеров о готовности инвестировать до полутора миллиардов рублей, но только при наличии проектов, выходящих из стадии идейной проработки на стадию НИОКР.

К сожалению, из всех предложенных Роснано и интересных для «РусГидро» проектов стадии опытно-конструкторской разработки к 2016 году достиг лишь один. Группа ученых и инженеров из Новосибирска создает технологию механических накопителей энергии. При таком соотношении абстрактных и конкретных инновационных идей сама идея создания совместного фонда «РусГидро» и «Роснано» так и осталась декларацией о намерениях. Никаких специальных соглашений по развитию именно Дальнего Востока никогда не было, поскольку инновации не связаны с регионами, а только с отраслевыми системами.

Можно было бы возложить вину за неудачу внедрения в «РусГидро» абстрактных инновационных проектов «Роснано» на обе стороны. Однако такому выводу противоречит успех масштабной инновационной программы самой энергокомпании.

И все же в определенном смысле именно Чубайс внес большой вклад в инновационное развитие «РусГидро», возможно даже не осознавая своей истинной роли. Дело в том, что после отрезания от РАО ЕЭС самых вкусных для приватизации активов в государственной собственности остались наиболее проблемные, изолированные, планово убыточные энергосистемы Дальнего Востока.

Абстрактный либеральный подход никак не помог этим важным для России регионам вписаться в рынок. В результате для спасения и развития энергетики и экономики Дальнего Востока государству пришлось опереться на более надежный и конкретный механизм крупной корпорации с решающим государственным участием — «РусГидро». Вероятно, принимая такое решение, руководство страны оценило динамику преодоления гидроэнергетиками катастрофических последствий абстрактных подходов.

Антикризисное управление активами Энергетических систем Востока России потребовало от «РусГидро» по-настоящему инновационных и при этом конкретных подходов во всем, начиная от современных технологий ВИЭ и заканчивая самыми современными и сложными финансовыми механизмами докапитализации. Именно такое сочетание кризисного стимула для сложной и фундаментально надежной системы — это и есть самый прямой путь к инновационному развитию отрасли электроэнергетики, а равно и к опережающему развитию территорий Дальнего Востока.

 

Владимир Маркин 

официальный представитель, первый заместитель генерального директора, член Правления РусГидро