Американский разбойник в северокорейском доме

Становятся понятны возможные перспективы дальнейшего развития контактов КНДР и США после «прорывной и исторической встречи» в Сингапуре.

Напомним, что сразу же после встречи глав этих двух государств информация о конкретных договоренностях, достигнутых на этой встрече, практически отсутствовала, если не считать таковыми довольно общие фразы о денуклеаризации полуострова и снижении напряженности и довольно туманных и неопределенных гарантиях безопасности Пхеньяна.

Теперь же информация о том, что США намерены получить от КНДР, приобретает более отчетливые очертания.

Речь идет о выступлении главы МИД Японии Таро Коно, заявившего, что Вашингтон требует от Пхеньяна выполнение 47 условий по окончательному, бесповоротному и необратимому ядерному разоружению.

«Высший руководитель КНДР выразил согласие провести полную денуклеаризацию... В Северной Корее обещание высшего руководителя имеет особое значение, особенно если оно дано в письменном виде. Важно и то, что о полной денуклеаризации сообщено внутри страны. Я считаю, что в такой ситуации Пхеньян не отойдёт от своего обязательства», — приводит слова японского министра ТАСС.

Коно утверждает, что никакого разночтения в этом вопросе быть не может, поскольку государственный секретарь США Майк Помпео в ходе своего визита в КНДР разъяснил властям страны, что именно в Вашингтоне подразумевают под термином «полная денуклеаризация».

А это вовсе не только отказ от дальнейшей разработки ядерного вооружения и ликвидация уже имеющегося, но и отказ от ракетной программы, ликвидация других видов оружия массового поражения и многое другое вплоть до отказа от некоторых видов обычных вооружений, вызывающих тревогу у США и их союзников.

Очень важной частью требований является возможность детального и постоянного контроля их выполнения, предполагающее нахождение на территории страны целого контингента иностранных наблюдателей и контролеров, перед которыми должны открываться любые двери. То есть речь идет об ограничении суверенитета страны.

Хотя Коно об этом прямо и не говорит, но можно предположить, что среди 47 пунктов есть требования и политического характера – Трамп не был бы Трампом, если бы не включил их в общий перечень.

При этом Майк Помпео говорит о том, что невыполнение хотя бы одного параграфа из общего перечня будет рассматриваться как неисполнение всего и приведет к отказу в отмене санкций против Северной Кореи. Что речь об отмене санкционного режима может идти только после полной денуклеаризации.

Что же КНДР может получить в ответ? Так сказать, в обмен на отказ от единственного надежного средства, гарантирующего ее безопасность (от ракетно-ядерного щита), на частичное ограничение своего суверенитета и на предоставление своему злейшему врагу права на вмешательство в некоторые аспекты жизни страны?

Пока что это неизвестно. Японский министр, коснувшийся этого вопроса, сказал, что эти положения ещё будут обсуждаться и могут быть предоставлены как «в форме документа», так и «в рамках какой-то многосторонней структуры».

То есть сказанное надо понимать так, что Пхеньяну предлагается полностью разоружиться без каких-то не то что четких, но и внятных гарантий безопасности.

Происходящее напоминает ситуацию, когда разбойники вломились в дом к человеку, который остановил их, пригрозив оружием. И они теперь уговаривают бросить ружье, поскольку они ему ничего не сделают. То есть не просят, например, дать им уйти, а именно требуют разоружиться, чтобы «разрядить обстановку».

В этом сравнении нет никакой натяжки. Ведь именно США окружили Северную Корею своими базами, навели на нее ракеты, проводят провокационные учения у ее границ, угрожают войной и душат санкциями. При этом очевидно, что только наличие у Пхеньяна ракетно-ядерного щита не только сделало возможны данные переговоры, но и сохранило доныне суверенитет и независимость КНДР.

Обеспечение безопасности Северной Кореи «в рамках многосторонней структуры» не выглядят слишком убедительно, особенно после того, как Трамп «кинул» своих партнеров по СВПД по иранскому атому.

Можно предположить, что некая неопределенность с американскими гарантиями северокорейской безопасности связанно с тем, что Трамп мало что может предложить Киму.

Казалось, даже такой сам собой разумеющийся шаг после сингапурского саммита, как отмена учений ВС США и Южной Кореи, которые особенно раздражают Пхеньян, оказался для американского президента весьма непростым. Высказанное им намерение вызвало целую волну критики со стороны не только его американских оппонентов, но и Токио, и Сеула. Дональда Трампа обвиняли в слабости и «сдаче» союзников.

Однако он все же объявил, впрочем, не об отмене, а только о приостановке учений.

Все это вызывает ощущение, что США просто нечего предложить в вопросе обеспечения безопасности КНДР, и они, пока это не стало ясно для всех, стремятся получить от Пхеньяна как можно больше.

Впрочем, рассчитывать на то, что такой американский план удастся, довольно сложно. Власти КНДР на протяжении всего нынешнего кризиса демонстрировали стойкость и последовательность. И они вовсе не являются загнанными в угол, как это хотели бы представить многие в Вашингтоне, Сеуле и Токио.

Тем более что первый шаг навстречу США Пхеньян сделал, свернув ядерный полигон. Так что теперь мяч на американской половине поля. И если Вашингтон вместо реальных предложений продолжит жульничать, переговорный процесс, скорее всего, завершится не начавшись.

 

Автор: Борис Джерелиевский