Германия положила глаз на российский ЗРК С-350 «Витязь»: плагиат по-натовски или схватка концепций

Крайне интересная ситуация складывается на сегодняшний день вокруг программы формирования национальной системы ПВО-ПРО Федеративной Республики Германия. Так, начиная ещё с середины мая 2015 года стало известно, что оборонное ведомство ФРГ приняло решение заменить американские зенитно-ракетные комплексы семейств «Patriot PAC-2» и «Patriot PAC-3» на принципиально новые «гибридные» системы противовоздушной / противоракетной обороны американо-европейской разработки MEADS (Medium Extended Air Defense System, - Система ПВО средней дальности) в рамках амбициозной программы TVLS («Taktisches Luftverteidigungssystem», - «Тактическая система противовоздушной обороны»). Об этом три года назад заявила глава Минобороны ФРГ Урсула фон дер Ляйен. В качестве объяснения столь жёсткой неприязни Берлина к навязываемым американцами комплексам «Patriot PAC-3» можно отметить сразу несколько обстоятельств.

Во-первых, это наличие в боекомплектах батарей «Patriot PAC-3» лишь архидорогих специализированных ракет-перехватчиков MIM-104F PAC-3 MSE, стоимость которых доходит до 3 млн. долларов. Применение данных зенитных ракет против всех типов объектов, которые могут находиться в воздушном пространстве современного театра военных действий во время высокоинтенсивного конфликта, является крайне дорогостоящим удовольствием. К примеру, абсолютно нецелесообразно расходовать в десятки раз более дорогие противоракеты MIM-104F против различных типов дозвуковых тактических ракет противника средней и большой дальности, либо малоразмерных разведывательных дронов, стоимость которых может составлять лишь несколько десятков или сотен тысяч долларов.

Во-вторых, это далеко не идеальная эффективность боевой работы комплекса в сложной помеховой обстановке. Данный недостаток заключается в том, что в зенитно-ракетном комплексе «Patriot PAC-3» применена исключительно активная радиолокационная система самонаведения, основанная на оснащении противоракет MIM-104F активными радиолокационными ГСН миллиметрового Ka-диапазона с радиокоррекцией. Эффективность данных головок самонаведения может быть поставлена под вопрос в случае интеграции в бортовое радиоэлектронное оборудование средств воздушного нападения противника современных многодиапазонных модулей радиоэлектронной борьбы, генерирующих многократные ответные уводящие помехи в сочетании с заградительными и шумовыми помехами миллиметрового диапазона. Более того, ГСН ракет MIM-104F (ERINT) будут крайне уязвимы для современных высокочастотных боевых ЭМИ-генераторов, способных по целеуказанию от пассивных станций РЭР и обзорных РЛС прицельно нарушать работу приёмного тракта радиолокационной головки самонаведения узким высокочастотным лучом на удалении в 30 - 50 км, и выжигать электронную «начинку» зенитной ракеты на расстоянии около 10 км.

В-третьих, зенитно-ракетные / противоракетные комплексы «Patriot PAC-3», как и более ранние модификации «Patriot PAC-2», не были лишены старого недостатка, - невозможности всеракурсного отражения массированного ракетно-авиационного удара сразу с нескольких направлений при использовании лишь одной пусковой установки. Причиной тому является использование стандартных пусковых установок наклонного типа M903 на 16 транспортно-пусковых контейнеров под зенитные ракеты ERINT (аналог 4-х ячеичной ПУ M901 для ЗУР MIM-104C/E), которые необходимо доворачивать по азимуту на все ракетоопасные направления, что в условиях приближения сразу нескольких высокоскоростных элементов высокоточного оружия противника может стать смертельно опасным технологическим минусом. И, наконец, в-четвёртых, ФРГ старается придерживаться собственных концепции и традиций в создании национальной сетецентрической системы ПВО-ПРО; тем более, что к 2015 году Берлин вложил в проект MEADS более 1 млрд. евро (сейчас эта сумма может превышать 3 млрд. евро).

Ранее программа TVLS проводилась совместным американо-европейским концерном «MEADS International», главное предприятие которого находилось в Орландо (США) и было представлено европейским подразделением MBDA, немецкой LFK, а также американским подразделением «Lockheed Martin». Теперь же конфигурация изменилась: для конечной реализации программы и заключения контракта с Минобороны Германии было создано совместное американо-германское предприятие TVLS GmbH, представленное MBDA и «Lockheed Martin». И вот, власти ФРГ передали в штаб-квартиру TVLS GmbH, по линии федерального ведомства по вопросам оснащения, информационных технологий и поддержки Бундесвера, запрос на закупку комплексов MEADS уже в 2019 году, о чём стало известно от генерального директора TVLS GmbH Грегори Ки 16 августа 2018 года. Говорит это лишь об одном - немцы всеми силами стараются «идти в ногу» с ускоренными темпами обновления армий Румынии, Швеции и Польши комплексами «Patriot PAC-2/GEM-T» и «PAC-3MSE», подготавливаемых Пентагоном к грядущим военным конфликтам с Россией. При этом, концепция будущего использования ЗРК MEADS является ничем иным, как банальным копированием будущей методики применения нашего перспективного зенитно-ракетного комплекса С-350 «Витязь». Просматривается это в сравнении практически каждого элемента MEADS с элементами нашего С-350 (50Р6А) «Витязь».

Во-первых, это боекомплект, представленный сразу двумя типами зенитных управляемых ракет малой и средней/большой дальности. В нашем ЗРК, предназначенном для замены семейства С-300ПС /ПМ1, в качестве «длинной руки» будут использоваться зенитные управляемые ракеты с активными радиолокационными головками самонаведения 9М96ДМ, обладающие дальностью перехвата в 120 - 150 км и возможностью перехвата баллистических и аэродинамических целей методом кинетического поражения (прямым попаданием, - «hit-to-kill») благодаря наличию «газодинамического пояса» двигателей поперечного управления (ДПУ), расположенного в центре масс ракеты. Известно, что до недавнего времени разработчик (МКБ «Факел») не мог устранить серьёзные проблемы с системой активного РЛ-наведения ракеты 9М96, которая не позволяла эффективно захватывать цели на точное и продолжительное автосопровождение, а затем «вести» их непосредственно до момента уничтожения. 

Этот неприятный факт имел место быть в ходе натурных испытаний корабельного ЗРК «Редут», он же сегодня стал главной помехой и для завершения приемочных испытаний «Витязя». В ЗРК MEADS (по программе TVLS) в качестве «дальнего актива» будут использоваться ракеты перехватчики MIM-104F PAC-3MSE, которые также способны поразить цель кинетическим методом за счёт высокоточной активной РГСН Ka-диапазона и наличию более сложного «газодинамического пояса» из 10 «колец» по 18 микроракетных двигателей, расположенных впереди центра масс ракеты. И несмотря на то, что дальность действия MIM-104F по аэродинамическим целям может доходить лишь до 75 - 80 км (против 120 - 150 км у наших 9М96Е2/ДМ), американские ракеты давно в серийном производстве и не имеют проблем с системой наведения.

Если же взглянуть на «ближний актив» ЗРК MEADS - зенитную ракету «IRIS-T», то сразу можно провести параллель с зенитной управляемой ракетой самообороны (малого радиуса действия) 9М100, которая должна оказаться в составе боекомплекта «Витязя», равно как и корабельного «Редута». Многофункциональная ракета-перехватчик «IRIS-T», изначально адаптированная для применения с подвесок многоцелевых истребителей «Тайфун» и «Торнадо», оснащается тепловой головкой самонаведения со средневолновым (3 - 5 мкм) инфракрасным фотоприёмником на основе антимонида индия с разрешением 128x128 пикселей. Несмотря на то, что данный диапазон рабочих волн ГСН отличается не лучшей проницаемостью через атмосферу в сравнении с длинноволновым диапазоном 6 - 14 мкм (особенно, в сложных метеорологических условиях), в список его достоинств входит возможность пеленгования на фоне земной поверхности или воздушного пространства даже незначительно контрастирующих тепловых объектов. Другими словами, ИК ГСН ракеты «IRIS-T» сможет без проблем обнаруживать не только тактические истребители противника на форсажном режиме работы двигателей, но и, к примеру, стратегические крылатые ракеты семейства «Калибр» по слабому тепловому излучению двигателя даже в переднюю полусферу, а также высокоскоростные тактические ракеты по разогретому носовому обтекателю в связи с лобовым сопротивлением.

Маневренные возможности «IRIS-T» также находятся на весьма достойном уровне. Ракета обладает возможностью маневрирования со сверхбольшими углами атаки и высокими угловыми скоростями разворота (около 200 град/с) благодаря совокупности широкохордного крыла малого удлинения с развитыми аэродинамическим рулями и газоструйной системой отклонения вектора тяги, представленной 4 поворотными сопловыми плоскостями из термостойкого материала; при этом, конструктивная перегрузка ракеты может достигать 60 - 65 ед., что позволяет перехватывать средства воздушного нападения противника, выполняющие противозенитные манёвры с перегрузкой от 20 до 25G. Таким способностям ракеты также способствует размещение ИКГСН на двухосевом карданном подвесе, обеспечивающем углы прокачки координатора в пределах ±90 градусов, что и допускает такие немыслимые манёвры ракеты. Есть у системы управления вектором тяги «IRIS-T» и заметный недостаток: сразу после выгорания твердотопливного заряда двухрежимного твердотопливного ракетного двигателя «FiatAvio», сопловые плоскости перестают принимать участие в управлении ракетой и маневренность резко снижается. В случае с модификацией для наземного пуска (в составе комплекса MEADS) это происходит на удалении около 10 км от пусковой установки.

Именно с помощью зенитных управляемых ракет «IRIS-T», интегрированных в боекомплекты комплексов MEADS, немцы планируют ликвидировать две главные проблемы, присущие «Patriot PAC-3», - необходимость использования лишь крайне дорогих ЗУР ERINT для поражения всех типов целей (включая дешевые дроны и тактические крылатые ракеты), а также сомнительную помехозащищённость в связи с единой активной радиолокационной системой самонаведения. Так, в случае применения противником мощных комплексов РЭБ, в ходе прикрытия стратегически важных промышленных объектов ФРГ и наземных группировок Бундесвера, находящихся в 10 - 15 км от батареи MEADS, могут использоваться менее дорогостоящие ракеты «IRIS-T», неуязвимые для стандартных средств радиоэлектронного противодействия. 

Более того, использование этих ракет способно решить проблему быстрого «иссякания боезапаса», так как один штатный транспортно-пусковой контейнер для противоракеты MIM-104F может вместить 4 ячейки для «Ирисов». Между тем, вся эта «немецкая рациональность» чудным образом повторяет боекомплект нашего ЗРК С-350 «Витязь», первый макет которого был представлен на Международном авиакосмическом салоне МАКС-1999. Даже в составе первого демонстратора можно было обратить внимание на наличие ракет 9М100Е, которые расположены в небольших 200-мм транспортно-пусковых модулях в дополнение к модулям для ракет 9М96ДМ на одном из вариантов самоходной огневой установки 50П6А. Налицо попытка немцев скопировать концепцию нашего ЗРК.

Опираясь на данные из различных источников, можно говорить о том, что в нашей ЗУР самообороны 9М100 также используется ИКГСН и система отклонения вектора тяги, что должно указывать на высокую эффективность комплекса «Витязь» в сложной помеховой обстановке. Тем не менее, фотографии полноразмерного демонстратора 9М100Е из экспозиции МАКС-2017 навевают крайне нехорошие мысли. Перед нашим взором предстаёт слегка переработанная модификация зенитной ракеты 9М331 комплекса «Тор-М1», выполненная по схеме «утка», но со смещёнными ближе к центру масс носовыми аэродинамическими рулями для реализации манёвров на траектории с большими перегрузками (в пределах 25 - 27 ед.). На максимальное сходство с ЗУР 9М331 указывает и диаметр корпуса 9М100Е, составляющий 200 м против 239 мм у первой. Самым же интересным моментом является принцип наведения 9М100Е. Несмотря на то, что «Алмаз-Антей» и другие ресурсы говорят о инфракрасной ГСН, судя по фотографиям с МАКС-2017, можно предположить, что это типичное радиокомандное наведение, используемое комплексами семейства «Тор-М1/М2КМ», ведь в носовой части нет видимого закругления оптикопрозрачного обтекателя ИКГСН. Следовательно, об уникальных возможностях в плане помехозащищённости говорить ещё рано. Единственный вариант, - применение вспомогательного оптико-электронного визира нового поколения (по аналогии с 9Ш33А «Карат-2» на комплексах семейства С-125).

И, наконец, последним этапом так называемого «концептуального плагиата» можно считать создание корпорацией MBDA (при поддержке специалистов «Raytheon» и «Lockheed Martin») для комплекса MEADS многофункциональной РЛС сопровождения и наведения MFCR («Multifunction Fire Control Radar»). В соответствии с утверждением на страничке разработчика www.mbda-systems.com/press-releases, изделие представлено многоэлементной активной фазированной антенной решёткой X-диапазона с возможностью кругового обзора благодаря вращению антенного поста, что наделяет радар огромным преимуществом перед «пэтриотовским» радаром AN/MPQ-65. Аналогичным всеракурсным многофункциональным радаром сантиметрового X-диапазона с индексом 50Н6А оснащён и наш С-350 «Витязь». Вычислительные средства антенного поста сопровождают на проходе 48 ВЦ и захватывают на точное автосопровождения 8 объектов, что почти соответствует показателю многофункциональной РЛС 92Н6Е зенитно-ракетного комплекса С-400 «Триумф» (10 захватываемых целей).

Если говорить более доступным языком: немецкая корпорация TVLS GmbH во всех смыслах этого слова использовала в качестве примера для построения национальной системы противоракетной обороны выверенную и передовую концепцию нашего ЗРК С-350 «Витязь», пройдя мимо убыточной схемы штатовского «Patriot PAC-3». Это ли не повод для гордости за нашу оборонку? Возможно... Но только в том случае, если наше руководство приложит максимум финансовых усилий для того, чтобы избавленные от проблем по ракетной части «Витязи» поступили в строевые части раньше, чем обретут оперативную боевую готовность американо-германские MEADSы.