Права на ошибку нет. Убережём ли С-300 от новой тактики ЦАХАЛа?

Информация о начале поставок зенитно-ракетных комплексов большой дальности С-300ПМУ-2 войскам ПВО Сирийской Арабской Республики вызвала настоящий шквал позитивных эмоций не только у большинства здравомыслящих политологов, военных экспертов и блогеров, действующих в едином российском медиапространстве, но и у адекватно воспринимающих реальное положение дел журналистов, поле деятельности которых находится бок о бок с вражеским лагерем.

Такая краткая характеристика наиболее точно соответствует постоянному журналисту-эксперту достаточно нейтральной израильской газеты «Haaretz» Гидеону Леви. В одной из своих последних публикаций известный израильский политолог выразил признательность Москве за чёткое проведение «красной черты» перед действиями израильских ВВС в воздушном пространстве Сирии, а также на ближних подступах к нему. Своё видение произошедшей 17 сентября трагедии и последствий для Тель-Авива Леви отразил в нашумевшей статье «Наконец-то кто-то указал Израилю на границы дозволенного».

Главный посыл этой статьи заключался в заострении внимания простых читателей и экспертов на правильности новой российской концепции общения с израильским руководством «на языке силы», которая вступила в силу после провоцирования лётным составом Хель Хаавир «дружественного огня» сирийского С-200В по нашему самолёту радиотехнической и радиоэлектронной разведки Ил-20М. По его словам, на фоне ещё более плотной и всеобъемлющей поддержки со стороны новой американской администрации «красные флаги со стороны России немного угомонят опьянение властью и военно-политическим влиянием нынешней израильской верхушки».

И действительно, недавняя ратификация Конгрессом США законопроекта, обуславливающего выделение Министерству обороны Израиля пакета оборонной поддержки на сумму в 38 млрд. долларов в течение 10 лет, является «железным» стимулом для игнорирования в угоду своим меркантильным интересам любых обязательств, возложенных на Биби Нетаньяху и его окружение в ходе переговоров с высокопоставленными представителями Генштаба и оборонного ведомства России. Ярчайшим тому примером является тот факт, что именно спустя три дня после анонсирования пакета военной помощи, несмотря на выполненное российской стороной обязательства по отводу иранских подразделений КСИР и отрядов «Хезболлы» на расстояние более чем 100 км от Голанских высот, командование ВВС Израиля осуществило попытку дерзкого и внезапного ракетно-бомбового удара по промышленным и военным объектам в провинции Латакия с одновременной провокацией против нашего Ил-20М, к которой, к сожалению, Воздушно-космические силы России подготовиться не успели, заблаговременно не подняв на боевое дежурство А-50У и не придав «Лысухе» эскортирование хотя бы в виде пары Су-30СМ.

Господин Леви действительно прав: поставки «трёхсоток» подразделениям ПВО Сирийской Арабской Армии (именно этот подтекст скрывается в цитате «красные флаги со стороны России, возможно, немного успокоят опьянение властью, охватившее Израиль») действительно способны охладить горячие головы в АОИ. Но ключевым здесь является то самое «немного», что нарочито указывает на продолжение выработки Израилем новой концепции по нанесению ракетно-бомбовых ударов по военным объектам САА с учётом их прикрытия несколькими дивизионами ЗРК С-300ПМУ-2, увязанными посредством автоматизированных систем управления зенитно-ракетными бригадами, а также многочисленными средствами радиоэлектронного противодействия. Об изменении тактики действий ударных эскадрилий израильских ВВС буквально несколько дней назад заявил сирийский военный специалист Турки Аль-Хасан.

По его словам, «пилоты израильских истребителей будут осуществлять пуски ракет из-за пределов сирийского воздушного пространства, в то время как в АОИ уже сейчас разрабатывают дополнительную тактику, предусматривающую применение оперативно-тактических баллистических ракет и крупнокалиберных управляемых реактивных снарядов». Тем не менее, вывод Аль-Хасана даёт лишь расплывчатое представление о разрабатываемой израильскими специалистами тактике нивелирования возможностей сирийской ПВО, получившей на вооружение «Фавориты». Нас же интересуют оперативно-тактические детали будущих агрессивных выпадов Хель Хаавир, анонсированных Авигдором Либерманом, а также бреши, которые могут существовать в противоракетном зонтике войск ПВО Сирии и ВКС России даже после прибытия в республику необходимого количества дивизионов С-300ПМУ-2 и «солянки» из комплексов РЭБ (именно на них могут делать ставки израильские ВВС).

Начнём с того, что большая часть воздушного пространства Сирийской Арабской Республики (от низковысотных участков до верхних слоёв стратосферы) действительно превратится в смертельно опасную для летательных аппаратов противника (ВВС США, Израиля, Франции и Великобритании) бесполётную зону, первостепенную роль в формировании которой сыграют 4 или более зенитно-ракетных дивизионов С-300ПМУ-2, если основываться на данных газеты «Коммерсантъ». О таком количестве можно смело судить на фоне того, что за последние полторы недели основные военно-транспортные самолёты «Сирийского воздушного экспресса» (Ан-124-100) совершили более 7 рейсов с наших авиабаз на АвБ Хмеймим. Более того, по данным «Flightradar24» и информационного агентства «ANNA-News» со ссылкой на сирийских очевидцев, практически все рейсы эскортировались 4—8 истребителями Су-30СМ и Су-35С во время полёта над провинциями Дейр-эз-Зор, Хомс и Дамаск, вплоть до входа в «зонтик» ПВО комплекса С-300В4, развёрнутого близ Тартуса. Это свидетельствует лишь о том, что в грузовых отсеках «Русланов» находились наиболее важные элементы «Фаворитов» — радары 30Н6Е2 с универсальными вышками 40В6МД, низковысотные обнаружители 76Н6, а также пункты боевого управления 54К6Е2, способные обеспечить боевую работу не только «Фаворитов», но и С-200ВЭ, С-300ПС и С-300ПМУ-1. Более того, в доставке оборудования задействован контейнеровоз «Спарта III».

Способны ли 4 дивизиона С-300ПМУ-2 создать полноценную бесполётную зону над большей частью западного берега Евфрата? Естественно, да. Но для этого расстояние между дивизионами, развёрнутыми вдоль западной границы Сирии (между Тартусом и Эс-Сувейдой) должно составлять порядка 70—76 км, учитывая, что радиогоризонт по низколетящим израильским F-16I, F-15I и тактическим ракетам «Делила» для радаров 30Н6Е2 (размещённых на вышках 40В6МД) составляет 35—38 км. При таком расположении для израильтян практически не останется «непросматриваемых зон». В то же время общая целевая канальность для 4 «Трёхсоток» составит всего 24 одновременно перехватываемых целей (по 6 целей для каждого ПФАР-радара 30Н6Е2), чего может и не хватить для отражения совместного удара ВВС Израиля и Объединённых ВВС западной коалиции, которые могут одновременно применить несколько сотен тактических ракет «Delilah-AL» («Air Launched»), AGM-158B JASSM-ER, «Shtorm Shadow» и «SCALP Naval».

На этот случай все ставки необходимо делать ещё и на более чем 50 зенитных ракетно-артиллерийских комплексов «Панцирь-С1», а также пару-тройку десятков войсковых ЗРК «Бук-М1/2Э», которые смогут не только добавить 320—350 дополнительных целевых каналов для сирийской ПВО, но и прикрыть «мёртвые зоны» переброшенных С-300ПМУ-2 «Фаворит», простирающиеся на 3-5 км от позиций радаров подсвета 30Н6Е2. Естественно, свой вклад внесут и такие ЗРК/ЗРСК, как С-125 «Печора-2М», «Тор-М2У», а также «Оса-АКМ», также способные работать по малоразмерным целям после модернизации. Все вышеперечисленные комплексы будут функционировать в системной увязке, обеспечиваемой АСУ зенитно-ракетными бригадами «Поляна-Д4М1» и «Байкал-1МЭ». Вследствие этого ошибочного огня по одним и тем же целям со стороны нескольких зенитно-ракетных комплексов и нерационального расхода боекомплектов ожидать не стоит.

Очень важным моментом в создании сетецентрической системы противовоздушной обороны на базе С-300ПМУ-2 является то, что дальность действия зенитных ракет 48Н6Е2 в 200 км не позволит израильским истребителям «Суфа» и «Раам» подниматься на высоту 7—12 км с одновременным выходом на 100-километровую дальность сброса малоразмерных планирующих управляемых авиабомб GBU-39/B «Small Diametr Bomb» (разработаны подразделением «Boeing Integrated Defense System») и израильских «Spice-250» (от компании «Rafael»). И даже в том случае, если пилоты израильских F-16I попробуют применить бортовой комплекс радиоэлектронного противодействия «Элисра» SPJ-40 для сокращения дальности «захвата» радарами 30Н6Е2, дальность комплекса снизится лишь до 120—130 км; применение вышеперечисленных авиабомб с такого расстояния будет либо крайне затруднено из-за необходимости подъёма на высоту пуска в 14—16 км, либо вовсе нереализуемо. Для израильских ВВС это станет очень неприятным сюрпризом, ведь «узкие бомбы» и «Spice-250», ввиду сверхмалой ЭПР в 0,01—0,015 кв. м ранее (до поставки С-300) являлись единственным «ударным инструментом» Хель Хаавир, способным в некоторых случаях преодолевать эшелонированную сирийскую ПРО, сформированную комплексами «Бук-М1/2Э» и «Панцирями-С1». Теперь такая возможность сведена к нулю. Малое количество истребителей F-35I, способных подобраться к С-300ПМУ-2 на дистанцию пуска планирующих авиабомб в 90—110 км, также не позволит достигнуть желаемого результата, ведь с 16—20 «Спайсами» легко справится даже 1 батарея из 6 ЗРПК «Панцирь-С1».

Что касается возможности осуществления израильскими ВВС массированного противорадиолокационного удара по радиолокационным средствам «Трёхсотых» с использованием ПРЛР AGM-88E AARGM, то теоретически такой поворот событий возможен. Данные противорадиолокационные ракеты обладают дальностью около 70 км при пуске со сверхмалых высот, либо 170 км — с больших высот. Следовательно, израильские тактические истребители F-16I смогут запускать AGM-88E как из «тени» горных хребтов Антиливана по дивизионам С-300, находящимся в провинциях Дамаск, Хама и Тартус, так и с расстояния в 150—170 км (при полёте на большой высоте и при условии использования бортовых комплексов РЭБ «Элисра»). Более того, активно-пассивная радиолокационная головка самонаведения этой ракеты WGU-48/B имеет активный режим работы в миллиметровом Ka-диапазоне, который неуязвим не только для переброшенных в Сирию комплексов радиоэлектронного противодействия 1Л269 «Красуха-2», 1Л257 «Красуха-4», Р-330Ж «Житель», но и для более высокочастотных станций мощных шумовых помех СПН-2/4 (частотные диапазоны работы Х и J, от 8 до 17,544 ГГц), предназначенных для подавления работы бортовых РЛС истребителей, а также активных радиолокационных головок самонаведения зенитных управляемых ракет и ракет класса «воздух-воздух». На практике же возможности AGM-88E AARGM (продвинутых HARMов) в противостоянии с сирийской ПВО будут крайне посредственны.

Во-первых, несмотря на помехоустойчивость активно-пассивной трёхдиапазонной ГСН WGU-48/B, модуль канала радиокоррекции, установленный на её борту, не сможет получать обновлённые тактические данные от носителя или самолётов радиотехнической разведки «Rivet Joint», поскольку этот канал находится в частотном диапазоне сети обмена информацией «Link-16» (от 960 до 1215 МГц), а значит, может быть легко подавлен посредством такого комплекса РЭБ, как Р-330М1П «Диабазол» и иных средств радиоэлектронного противодействия, работающих в UHF-, VHF- и L-диапазонах, которые недавно были поставлены САА и ВКС России в Сирии. Без стабильной работы канала коррекции AGM-88E не смогут работать по радарам, выключившим излучение, что превратит эти ракеты в бесполезный металлолом на узлах подвески F16I «Sufa». 

Во-вторых, противорадиолокационные ракеты AGM-88E AARGM, обладающие диаметром корпуса 250 мм, радиоотражающим полотном антенной решётки АРГСН с диаметром около 200 мм и огромными аэродинамическими рулями с размахом 1,13 м, имеют эффективную отражающую поверхность около 0,1—0,15 кв. м, благодаря чему радары сирийских С-300ПМУ-2 смогут «захватывать» их на точное автосопровождение на расстоянии около 100—120 км и начинать процесс перехвата. В-третьих, скорость полёта ПРЛР AGM-88E составляет лишь 2,1М (как и у раннего варианта HARM), а поэтому перехватывать их смогут не только С-300ПМУ-2, но войсковые ЗРК «Бук-М1/2Э», а также зенитные ракетно-пушечные комплексы «Панцирь-С1».

В таких сложных оперативно-тактических условиях (с учётом мощнейшего «костяка» РЭБ, доставленного в САР посредством рейсов военно-транспортных самолётов Ил-76МД) Армия обороны Израиля может пойти на хитрость, попытавшись преодолеть противоракетный «заслон» «Фаворитов», используя непросматриваемые радарами 30Н6Е2 зоны «мёртвых воронок», охватывающие 48-градусный сектор непосредственно над каждым радиолокатором подсвета и наведения. Для этого могут быть применены американские оперативно-тактические баллистические ракеты MGM-140/164B ATACMS Block I/IIA (в срочном порядке закупленные у США по линии FMS) с дальностью от 150 до 300 км (в зависимости от типа снаряжения), либо израильские ОТБР LORA с радиусом действия от 300 до 450 км. Двигаясь по баллистической траектории с высшей точкой в апогее порядка 50—60 км, ракеты ATACMS и LORA способны пройти над предельной высотой перехвата комплекса С-300ПМУ-2 (27—32 км), успешно входя в ту самую «мёртвую воронку» с углом пикирования на позицию зенитно-ракетного дивизиона порядка 80—85 градусов. Что самое главное, маршевый участок траектории с высотой в 50 км позволит использовать модуль GPS-коррекции ракет ATACMS, не опасаясь губительного влияния со стороны развёрнутых на поверхности комплексов Р330Ж «Житель» и Р-330М1П «Диабазол» для точного наведения.
 

Что же касается подлётного участка траектории (на высоте около 10—7 км), то здесь сверхточного наведения (с КВО порядка 10 м) может и не потребоваться, ведь в качестве боевого снаряжения ОТБР ATACMS и LORA могут быть использованы, во-первых, самоприцеливающиеся боевые элементы (СПБЭ) типа P3I BAT c инфракрасно-акустической системой наведения, способные ориентироваться на тепловой и акустический портреты работающего антенного поста с радаром 30Н6Е2, во-вторых, израильские 147-мм самонаводящиеся противотанковые элементы «SADARM» с комбинированной инфракрасно-радиолокационной ГСН миллиметрового диапазона (защищённой от РЭБ), в-третьих, несколько сотен обычных неуправляемых боевых осколочных элементов M74 APAM, один из которых с большой долей вероятности нанесёт ущерб радару подсвета С-300ПМУ-2. Всё это необходимо учитывать командованиям ВКС России и войск ПВО Сирии в ходе распределения «трёхсотых» на соответствующие позиции в Сирийской Арабской Республике.

Вывод: главная цель при построении обновлённой системы ПВО Сирии должна заключаться во взаимном перекрытии «мёртвых воронок» зенитно-ракетных дивизионов С-300ПМУ-2 с расчётом на то, что дальность поражения баллистических целей для «Фаворитов» составляет лишь 40 км. Позиции дивизионов должны находиться на расстоянии не более 40 км друг от друга, а поэтому требуемое количество комплексов для защиты воздушного пространства от Тартуса до Голанских высот необходимо довести до 6—8 единиц плюс дополнительное эшелонирование обороны каждого С-300ПМУ-2 с помощью нескольких «Панцирей», для которых сектор «мёртвой воронки» не превышает 10 градусов. И это не фантастический сценарий, поскольку все мы не понаслышке осведомлены об оперативно-тактических тонкостях, мастерстве и коварстве Армии обороны Израиля в целом и Хель Хаавир в частности. Да и о манёврах с «прощупыванием» греческих «трёхсотых» забывать не стоит.

 

Евгений Даманцев