«Медовый месяц США и Украины закончился». Политолог Руслан Бортник — об отношениях Киева с Западом и новом Майдане

Петр Порошенко и члены Конгресса США Фото: Win McNamee / Getty Images Петр Порошенко и члены Конгресса США

Вашингтон намерен сократить финансовую помощь Украине на 68,8 процента. Об этом американские СМИ сообщают, ссылаясь на проект бюджетного документа. Директор Украинского института анализа и менеджмента политики Руслан Бортник рассказал «Ленте.ру» о том, с чем связано похолодание в отношениях Киева и стран Запада, а также о перспективах нового Майдана.

«Лента.ру»: Почему в Вашингтоне задумались о сокращении финансовой помощи Украине? С чем это связано?

Бортник: Есть две причины. Первая — внутриамериканская. США в принципе сокращают внешние издержки, финансирование и поддержку других стран, концентрируя ресурсы внутри страны. Прежде всего сэкономленные деньги идут на американскую безопасность, оборону. Тут нельзя сказать, что Украина уникальна. Сокращение ведется и по другим странам. Второй причиной я бы назвал потерю доверия между новой администрацией США и киевскими властями. Киев во время выборов в США откровенно поддерживал демократов, Хиллари Клинтон, делались попытки дискредитировать Дональда Трампа. Кроме того, на Украине не видно успехов в борьбе с коррупцией, реформы буксуют. В результате сокращается поддержка Вашингтона. Пока этот проект на стадии обсуждения, я не думаю, что поддержка упадет сразу на 70 процентов. Безусловно, резко против выступят демократы, для которых это просто щелчок по носу, признание провала их политики на Украине. К ним присоединятся некоторые республиканцы, рассматривающие Украину как инструмент в борьбе с Россией. Я думаю, сокращение будет, но не такое большое.

Можно ли сравнить уровень поддержки Киева со стороны США, Евросоюза сейчас и три года назад?

Три года назад президенту Порошенко рукоплескали на Западе, когда он туда приезжал. Сегодня встречу с президентом США не могут организовать уже более двух месяцев. Хотя ее обещали еще в феврале. От Украины устали, в ней разочаровались, есть определенный момент изоляции. Но это не означает, что Украину сдадут, «сольют». Ее продолжат использовать как инструмент противостояния с Россией. Знаете, как на Украине шутят? «Американцы и россияне будут воевать друг с другом до последнего украинца». Медовый месяц между Украиной и западными партнерами давно закончился, сейчас отношения находятся в стадии холодного сожительства.

А как на Западе относятся лично к Петру Порошенко? Возможно ли, что он полностью лишится поддержки и будут рассматриваться альтернативные варианты?

Через два года на Украине состоятся президентские выборы, поэтому смысла форсировать события нет. Не думаю, что в эти два года ЕС и США рискнут что-либо менять в украинском руководстве. Да, от нынешнего лидера они не в восторге, но опасаются, что в результате дестабилизации к власти могут прийти пророссийские силы и начнется восстановление отношений двух стран. Чтобы не допустить этого, Запад готов терпеть хоть каннибала.

Нередко говорят о третьем Майдане. Такой сценарий возможен?

Оснований для третьего Майдана сейчас нет. Наиболее сложным был зимний период, который власть пережила. Ключевые антисоциальные инициативы, например, повышение тарифов, реализованы. Долгосрочных массовых акций протеста не будет. В значительной мере власть в стране сейчас стабилизировалась. Но она остается слабой, поэтому существует мизерная вероятность силового захвата власти радикальными группами. В принципе, сам захват осуществить несложно, сложнее власть удержать и добиться признания на Западе. Именно это останавливает потенциальных заговорщиков.

Майдан в 2014 году проходил под лозунгами евроинтеграции. Сейчас эта идея сохраняет популярность в украинском обществе?

С одной стороны, те, кому важен безвизовый режим, кто выступает за глубокую евроинтеграцию, не составляют большинства. Таких около 30 процентов населения. Но они политически активны. Они мобилизованы, это примерно половина тех, кто регулярно ходит на выборы. А явка на Украине на выборах разных уровней — 45-50 процентов. Еще больше их среди митингующих. Таким образом, не обладая большинством, они определяют политику, навязывают свою повестку остальным. Да, сейчас и среди них есть определенное разочарование, романтизм в отношении к Европе прошел. Но другого пути для тех, кто поддерживал Майдан, все равно нет. Отказ от евроинтеграции означал бы для них признание ошибочности всех тех идей, ради которых погибло так много людей. Это было бы для них личной катастрофой. Так что не стоит надеяться на изменение их позиции. Человек — животное рационализирующее, он всегда ищет себе оправдание. В каком-то смысле сторонники евроинтеграции сейчас оказались заложниками своего выбора трехлетней давности.

Чем дальше, тем большую независимость от Киева получают самопровозглашенные ДНР и ЛНР. Национализируются предприятия, вместо гривны вводится в оборот рубль. Возврат этих территорий под контроль Киева возможен или пути назад нет?

Я вам скажу, что в Киеве этому только рады. По сути, от электорального поля, участия в выборах, отключены три миллиона нелояльных избирателей, что позволяет стремительно менять гуманитарную политику, делать со страной что угодно. Многие в Киеве совсем не стремятся к реинтеграции Донбасса, несмотря на все заявления о приверженности минским соглашениям. На самом деле националистическая, евроориентированная часть общества будет ногами и руками отпихиваться от Донбасса, даже если его принесут на блюдечке с голубой каемочкой. Экономический разрыв уже состоялся, в Киеве сейчас боятся только разрастания войны. Если конфликт будет разрастаться, поглощая ресурсы и новые территории, то проблему все-таки придется решать. В нынешнем состоянии киевские элиты все устраивает.

В какой-то перспективе сближение России и Украины возможно? На каких условиях?

Это возможно только в случае смены политических элит. Люди, которые начинали конфликт, завершить его не способны.


 

Беседовал Игорь Кармазин