Гордость и пренебрежение: как Конгресс США "отрывает" Трампа от Москвы

Почти каждое предложение или решение Дональда Трампа наталкивается на оппозицию со стороны конгрессменов и сенаторов от Демпартии на Капитолийском холме. Многие инициативы Трампа встречают неодобрение и со стороны его политических коллег по партии. Однако мало какой другой вопрос вызывает такую сплоченную и единую двухпартийную реакцию, как проблема санкций в отношении России. Почти все законодатели от обеих партий настроены на их сохранение и готовы встать на пути любым планам Белого Дома снять санкции. Даже некоторые союзники Трампа в Конгрессе, поддерживающие почти все его начинания по другим направлениям, не готовы проголосовать за снятие санкций против России. Малек Дудаков - о том, почему политическая элита США не готова выстраивать конструктивные отношения с Москвой.

Еще до того, как Трамп прошел инаугурацию и вступил в должность, Конгресс предпринял конкретные шаги для того, чтобы законодательно закрепить, консолидирировать и расширить антироссийские санкции. 10 января сенаторы Бен Кардин и Джон Маккейн, демократ и республиканец, имеющие примерно схожие неоконсервативные взгляды, представили Акт о противодействии враждебным мерам России. Инициатива обоих членов международного комитета Сената предлагала в том числе новые санкции за "угрозы американской кибербезопасности" и за участие российских вооруженных сил в эскалации конфликта на Украине и в Сирии. Но основное положение акта заключалось несколько в другом: он на законодательном уровне закреплял антироссийские санкции Обамы, принятые в форме президентских указов. Это положение имеет большое значение: ведь любые президентские указы легко отменяются другими указами. И Трамп может аннулировать большинство санкций Обамы одним лишь росчерком пера. Однако это станет невозможным в случае принятия упомянутого Акта в Конгрессе: тогда президенту придется просить у законодателей одобрения любого плана по снятию санкций и началу разрядки отношений с Россией.

В период перехода власти от администрации Обамы к команде Трампа, а также в первые недели его президентства некоторые сотрудники Белого Дома рассматривали возможность снятия санкций, однако их предложения не получили большой поддержки в Госдепартаменте. В то время ряд высокопоставленных соратников Трампа попросил служащих Госдепартамента начать изучение вопроса снятия санкций и улучшения отношений с Россией. Это вызвало большую тревогу у многих рядовых сотрудников Госдепартамента, работающих еще со времен Обамы, некоторые из которых сами помогали составлять и внедрять санкции против России.

Испугавшись перспективы того, что Трамп может в одностороннем порядке снять санкции, не дожидаясь оценки Госдепартамента, сотрудники ведомства обратились к влиятельным "ястребам" в Палате Представителей и Сенате. И не без успеха: 8 февраля группа неоконсерваторов в Сенате, состоящая из знакомых фамилий (Джон Маккейн, Линдси Грэм, Марко Рубио), представила на обсуждение Акт об оценке российских санкций. Сделанный по типу Акта об оценке иранского договора по ядерной программе, февральский документ предлагал ограничить возможности президента по отмене санкции против России и заставить его получать одобрение на любой подобный шаг в Конгрессе.

До сегодняшнего дня оба перечисленных акта (о противодействии враждебным мерам и об оценке российских санкций) находятся на стадии обсуждения и не утверждены ни в одной из палат Конгресса. Впрочем, это скоро может измениться. Боб Коркер, председатель международного комитета Сената, не хотел принимать никаких решений в отношении России до того момента, пока не будет закончено расследование о "вмешательстве России в президентские выборы в США". Однако в связи с турбулентностью в Департаменте Юстиции и ФБР - увольнением директора бюро Джеймса Коми и передачей контроля над расследованием в руки специального советника Боба Мюллера - изучение "российского следа" на выборах может затянуться на неопределенный срок. Потеряв терпение, 25 мая Коркер заявил о том, что если госсекретарь Рекс Тиллерсон не представит доказательств того, что действия российских вооруженных сил в Сирии стали менее предосудительными, то Сенат вскоре примет дополнительные санкции против РФ.

Источники на Капитолийском холме сообщают о том, что Коркер изначально хотел дать Трампу шанс начать дипломатические отношения с Россией с "чистого листа" и не вмешиваться в процесс налаживания связей новой президентской администрации и руководства России. Однако эскалация конфликта в Сирии вынуждает сенатора Коркера занять более активную позицию и выставить на голосование санкции как ответ на действия России. Учитывая, что Коркер - один из самых видных законодателей-республиканцев и представителей партийного истеблишмента, можно смело предположить, что новые санкции против России не заставят себя долго ждать.

Большинство демократов в Сенате, озабоченных "связями Трампа с Россией", дает понять, что они не намерены поддерживать никакой перезагрузки отношений с Москвой. Однако пока что республиканцы показывают не меньшую "ястребиность" в отношении России. Например, из 19 подписантов Акта о противодействии враждебным мерам России 10 - республиканцы. Члены GOP составляют значительную часть сторонников Акта об оценке российских санкций в Палате Представителей и, вероятно, также и в Сенате. Не менее 15 республиканских законодателей в нижней палате Конгресса уже высказались в пользу Акта. Очевидно, что оппозиция восстановлению нормальных отношений с Россией сильна внутри обеих партий в Конгрессе.

Нет ничего удивительного в том, что большинство противников Трампа как среди демократов, так и республиканцев без энтузиазма воспринимают переход к более миролюбивой политике в сторону России. Но даже среди сторонников Трампа набирается немало оппонентов нормализации отношений с Москвой. Например, конгрессмены Майк Келли и Алекс Муни, занимающие близкие к Трампу популистские позиции, - подписанты Акта об оценке российских санкций в Палате Представителей. Они оба представляют округа, в которых Трамп с большим отрывом победил Клинтон 8 ноября. Они оба готовы поддерживать большинство начинаний президента. Муни в своих интервью неоднократно критиковал обвинения против Трампа в "связях с Россией", называя их чрезмерными и бездоказательными. Однако в вопросах внешней политики как Келли, так и Муни сохраняют лояльность истеблишменту GOP и не отходят от общей догматической внешнеполитической позиции Республиканской партии.

Чем можно объяснить подобную упертость большинства законодателей? Во-первых, никто из них не видит для себя политических дивидендов от лоббирования улучшения отношений с Россией. Бесконечная антироссийская истерия в американских мейнстримовых медиа дает свои плоды. По данным социологического исследования Gallup, 70% американцев в начале 2017 г. относились к России неодобрительно. А ведь еще 5-6 лет назад большинство имело положительное мнение о России.

Отношение американцев к Владимиру Путину несколько улучшилось с 2015 г., в основном за счет электората республиканцев, однако он продолжает оставаться крайне непопулярным международным лидером в США.

А согласно майскому опросу Fox News, 64% американцев считают Россию противником США. Даже среди сторонников Трампа только 39% называют Россию дружественной для Америки страной (среди избирателей Клинтон их число меньше - 20%).

Хотя ситуация может все-таки измениться в будущем: февральский опрос NBC дал понять, что внутри республиканского электората четко прослеживается возрастной фактор в вопросе отношения к России. Если среди пожилых республиканцев, воспитанных еще в годы холодной войны, 69% называют Россию недружественной США страной, то среди республиканской молодежи 73% считают Россию, наоборот, дружественной страной или союзником Америки:

Однако в целом отношение к России остается негативным. В этих условиях поддержка отмены санкций не дает политикам никаких особых преимуществ, зато она может вызвать волну критики со стороны экспертного сообщества и журналистов. Любого законодателя, публично высказавшегося за отмену санкций, на следующих праймериз или выборах могут показать как "слабого" в вопросах национальной безопасности и обороны США. С другой стороны, поддержка новых санкций показывает подписавшихся под ними конгрессменов и сенаторов как серьезных акторов международной политики, отвечающих на угрозы Америке извне. К тому же многие законодатели давно жалуются на то, что Конгресс имеет все меньше и меньше влияния на внешнюю политику США. Несмотря на то что по Конституции он должен направлять ее совместно с президентом. Однако в последние десятилетия исполнительная власть отбирает все больше полномочий в сфере внешней политики: теперь президенты могут в единоличном порядке заключать международные договоры, вести торговлю с другими странами и даже начинать военные действия без одобрения Конгресса. Инструмент санкций позволяет конгрессменам с минимальными затратами для себя попытаться утвердить роль законодательной ветви власти в планировании внешней политики США.

Близятся к концу первые 6 месяцев президентства Трампа, и продолжающийся скандал вокруг его "связей с Россией" пока не стихает. Хотя оппоненты президента так и не могут представить никаких реальных доказательств его "сговора" с Москвой, "russiagate" очевидным образом ограничивает возможности Белого Дома по налаживанию отношений с Москвой. Но даже если в конце концов этот скандал сойдет на нет, перед Трампом будут стоять другие серьезные барьеры для снятия санкций против России. Как мы видим по последним выступлениям официальных лиц Белого Дома, даже внутри команды Трампа имеются серьезные расхождения по вопросу дальнейшей политики в отношении России. Например, зять Трампа Джаред Кушнер и старший советник президента Стив Бэннон предлагают идти к разрядке. С другой стороны, вице-президент Майк Пенс продолжает называть Россию одной из угроз Америке, а представитель США в ООН Никки Хейли утверждает, что санкции против России будут оставаться в силе. Однако даже если Трамп сможет добиться единого мнения внутри своей команды, то на пути снятия санкций может встать уже Конгресс. Пока что Трамп дает понять, что он вполне открыт к снятию санкций против России: только неделю назад он поручил Тиллерсону разработать комплекс мер по восстановлению отношений с Москвой. Но к тому моменту, как Трамп будет готов принять этот комплекс мер, Конгресс уже может придать санкциям законодательный статус, что сделает их де-факто перманентными.