Туманная шпиономания

Не успела английский премьер Тереза Мэй покорить весь мир своими танцевальными талантами, как в ней в очередной раз пробудился дух Шерлока Холмса. Да-да, всё те же Скрипали и их отравление, в их дело в Туманном Альбионе вцепились мёртвой хваткой.

Новичок этого политико-информационного детектива на этот раз — дуэт неких «агентов ГРУ», которых Лондон обвиняет в покушении. У них даже есть имена и фамилии: Александр Петров и Руслан Боширов, хотя тут же отмечается, что, скорее всего, они вымышленные. Как и вся история, надуманный характер которой понятен даже человеку с одним полушарием головного мозга (слова Роджера Уотерса). Но вот не даёт она покоя английскому премьеру — и всё тут, поэтому и силится Мэй перевоплотиться в госпожу М. — начальницу Джеймса Бонда.

Тереза Мэй со всей горячностью выступает в роли конферансье этого проекта. Такое ощущение, что вся её политическая карьера зависит от этого раздуваемого скандала и висит на ниточке Скрипалей. Всё-таки до «железной леди» английской политики Маргарет Тэтчер ей бесконечно далеко, поэтому она каждый раз дует на угли скандала, подкидывает на них новый хворост и не даёт им остынуть. Ради этого дела премьер даже пожертвовала своей футбольной сборной и не приехала её поддержать на полях России.

Мэй, как Джоан Роулинг, строит свой выдуманный Хогвартс и выводит фантастических тварей. Зло, по её мнению, должно быть невнятного вида, постоянно менять обличья и иметь множество крестражей, рассеянных вокруг. Голливуд и штампы масскульта — белые нити, которыми уже полгода связана вся шумиха истории с отравлением.

Создаётся ощущение фрикового ток-шоу, в котором для рейтингов придумывают фейковую историю, даже убеждают в её правдоподобности некоторых заинтересованных лиц, а потом транслируют на публику. Дозированно подкидывают очередные шокирующие подробности, вводят новых действующих персонажей, распыляя страсти, не очень и заботясь о правдоподобности. Расчёт — на первичные реакции, на условную пробирку с химоружием в руке, на постановочные кадры, которые оглушённые пропагандой люди давно уже воспринимают как реальность. Таково информационное общество, милости просим. Всё «прогрессивное человечество» уже там по самое не балуйся. Всё это ориентировано на коллективного обывателя со стаканом попкорна в руке.

Шоу, обыватель требует шоу. У Мэй много его. Должна быть тайна, интрига, злодей, а также доблестные герои. Это и вытаскивают политические фокусники из рукава: им несложно, а публику увлекает.

Шум вокруг Скрипалей — дело не только новых санкций (а значит, бизнеса), но и конспирологии. Тут главное — показать потаённую сущность русских: они только внешне похожи на людей, могут даже обольстить отлично организованным мировым футбольным первенством, но под этой маской у них клыки и дыхание, отдающее «Новичком». Мэй постоянно акцентирует внимание на том, что «атака» в Солсбери санкционирована высшим российским руководством, которое уже давно стараниями западного агитпропа демонизировано. Теперь на арену выводят исполнителей — «офицеров ГРУ» без страха и упрёка. Наверное, в этом есть намёк на то, что власть и народ едины. Оборотни, зомби. По команде сверху русские скидывают маски и становятся маньяками-убийцами с полонием и всевозможными ядами…

Не надо заботиться ни о какой достоверности, руки полностью развязаны и нет никакой ответственности. Это может быть своеобразный перформанс, псевдохудожественная имитация, становящаяся оружием массового поражения умов. Разжижения мозгов, если хотите, с опорой на штампы, комплексы и страхи, а также на дурака. О чём, собственно, и говорил недавно в Москве музыкант Роджер Уотерс. Перед нами образчик эпохи политической постправды, где главная мишень — Россия. Вместо доказательств достаточно показать картинку, продемонстрировать её на камеру, и она уже становится фактом реальности.

И давай теперь оправдывайся, тебя всё равно никто слушать не собирается. Топорное «убийство Бабченко» в Незалежной и списки на убой, которыми размахивали спецслужбы на Украине, — это ведь тоже дитя Солсбери. Те же украинские власти вообще не знают недостатка в разного рода «уликах» российской агрессии и отпечатков «руки Кремля». Президент Порошенко может в качестве вещдока показывать простреленный кусок обшивки автобуса или трясти российскими паспортами. Эту аналогию с очередным обострением дела Скрипалей, собственно, уже привёл депутат Госдумы Леонид Слуцкий.

Не надо искать тут правды и справедливости. Всё это подменено собственными интересами, которые, как рубашка, ближе к телу. Прагматика в чистом виде, обёрнутая в форму бульварного политического детектива.

История Скрипалей, которую «продюсирует» английский премьер, всё больше походит на сказку про белого бычка. Заезженная пластинка, работающая на внушение: когда она прокручивается, не слышно более ничего, массы загипнотизированы.

Какие там аргументы здравого смысла? В Штатах до сих пор без конца транслируют тезис о российских хакерах и воздействии на американские выборы. Им почему-то хочется в это верить — вот и верят, вот и твердят. Внушаемое общество — отличная глина, из которой можно лепить что угодно. А одно время нас убеждали, что общество информационное, будто бы всеведающее, высшая стадия развития и прочее бла-бла. Но на самом деле — попросту легкоуправляемое. И английское дело Скрипалей — отличный показатель этой управляемости, когда проглатывается за здорово живёшь любой абсурд.

Обывателя убеждают, что у зла длинные руки, но Тереза Мэй всех выведет на чистую воду. Так внушается мысль о всезнании стражей демократии, а значит, и вера в конечное торжество справедливости и счастливый финал.

Впрочем, у нас есть сюжеты и забойнее. В Архангельской области, например, до сих пор находят химические снаряды столетней давности с английской маркировкой. Интервенция была, знаете ли. Может быть, России тоже предъявить это химоружие в Совбезе ООН? Хотя Тереза Мэй в этом плане неподражаема. Когда её политическая карьера окончательно завянет, Мэй вполне можно будет писать романы о будоражащей кровь истории в Солсбери, а то и основать церковь свидетелей Скрипалей и стать в ней пастором. Век политика недолговечен, особенно когда ты не Маргарет Тэтчер и в твоём послужном списке нет ничего, кроме искусственно раздутой истерии, приобретающей навязчивый характер.

 

Андрей Рудалёв,
публицист, писатель, литературный критик