Злимся, но терпим

США упорно продолжают добивать свои союзные отношения с Европой. И вопрос в том, решится ли теперь Евросоюз признать этот союз официально умершим.

Занятые ведением холодной войны 2.0 с Китаем, Соединённые Штаты всё-таки не забывают и о России. И если кому-то кажется, что правительство США наконец-то согласилось с советами ряда экспертов и взяло курс на нормализацию отношений с Москвой (чтобы не допустить российско-китайского альянса, попытаться заручиться поддержкой России в выбивании Средней Азии из-под китайского влияния и в перспективе даже попытаться создать какую-то антикитайскую систему коллективной безопасности в Восточной Азии), то они слишком хорошего мнения о степени политической трезвости Вашингтона. Нет, республиканские «слоны» продолжают бороться с призрачной «российской угрозой», попутно круша всю внешнеполитическую лавку и разбивая в хлам американские интересы. Не только в плане ведения холодной войны с КНР, но и с точки зрения поддержания важнейшего для Штатов трансатлантического союза с Европой. 

Из последних шагов вашингтонских мудрецов можно отметить выход Соединённых Штатов из Договора по открытому небу (позволявшего странам-участникам совершать легальные разведполёты над территориями других государств и тем самым снижать уровень напряжённости — и прежде всего на европейском театре), а также достойное иного применения упорство в деле введения санкций против «Северного потока — 2». По словам представителя одного из авторов санкционного пакета, сенатора-республиканца Теда Круза, Соединённые Штаты намерены таким образом не допустить завершения российско-европейского трубопроводного проекта.

И если бы действия США могли достичь этой цели, то, возможно, они были бы хотя бы частично оправданны — «Северный поток — 2» снижает важность Восточной Европы и особенно Украины в европейском раскладе сил и российско-европейских отношениях, а также усиливает влияние Германии. Однако проблема в том, что цель уже недостижима. Санкции нужно было принимать раньше, и тогда они, возможно, отпугнули бы европейцев от реализации проекта. Однако сейчас уже поздно, проект почти закончен, это лишь вопрос нескольких месяцев. 

Поэтому действия Вашингтона принимаются исключительно ради действий — чтобы выразить своё американское «фи» проекту и использовать его как оправдание для дальнейших санкций против Москвы. Опять же, санкций, которые принимаются исключительно ради самих санкций — даже самый идеологизированный американский конгрессмен должен был за шесть лет конфликта вокруг Украины понять, что санкции не заставят Россию отказаться от своих внешнеполитических интересов, а также не приведут россиян к мысли о необходимости устроить в стране «майдан» и капитулировать перед Западом. Последствия подобной капитуляции, совершённой почти 30 лет назад, до сих пор аукаются России.

Возможно, такие санкции ради санкций и тешат самолюбие отдельных политиков, однако они очень больно бьют по американским внешнеполитическим интересам. И прежде всего по отношениям с Европой, ряд стран которой хотят возобновления сотрудничества с Москвой. И проблема тут не в том, что США ставят свои интересы выше европейских, — в общем-то, так всегда было и при Обаме, и при Клинтоне, и при Бушах. А в том, что Соединённые Штаты открыто игнорируют европейские претензии и чуть ли не прямым текстом требуют от европейских элит тотального подчинения. А против тех, кто это подчинение не демонстрирует, вводят санкции. Как, например, в случае с «Северным потоком — 2» — ведь введённые карательные меры коснутся не только «Газпрома», но и ряда ведущих нефтегазовых корпораций Европы (доля которых в проекте достигает 49%).

Представитель совместного российско-европейского консорциума Nord Stream 2 AG (который и строит «Северный поток — 2») Йенс Мюллер уже заявил, что санкции являются «дискриминацией европейских компаний».

И история с «Северным потоком — 2» — это лишь один из примеров такой дискриминации. Помимо уже упомянутого выше разрыва Договора об открытом небе это и разрыв сделки с Ираном, и требование Европы покупать больше американских товаров (большой привет верующим в существование на Западе свободного рынка), и стремление подключить Европу к конфликту с Китаем, и фактическое воровство у европейцев средств защиты и лекарств в ходе эпидемии, и введение санкций за непослушание против вроде как союзников.

Такой «трампистский» подход к отношениям демонстрировал не только глава Белого дома, но и американские чиновники рангом гораздо ниже. Например, ныне покидающий свой пост посол США в Германии Ричард Гренелл, который требовал от немецких компаний уйти из Ирана и угрожал Берлину санкциями за другие грехи. 

На сегодня статьи о трансатлантических отношениях в американских и европейских СМИ полны не только алармизма, в них доминирует ещё и скептицизм. Даже ведущие демократические научные центры (тот же Карнеги) признают, что американо-европейские отношения продолжат пробивать дно и не отскочат от него даже в случае прихода к власти Джозефа Байдена. Проблема тут не только и не столько в трамповском хамстве, сколько в реальном расхождении американских интересов с европейскими (по Китаю, оборонным расходам, взгляду на правила мирового порядка — ну и, хоть эксперты Карнеги этого и не признают, подходу к России), а также в неспособности больше решать эти противоречия за кулисами. Вопрос лишь в том, какими темпами будет проходить это пробитие дна. 

К счастью для Соединённых Штатов, темпы вряд ли будут высокие. Для того чтобы устроить полноценный европейский бунт, нужен лидер — человек (или страна), который не только поднимет этот бунт, но и будет морально готов стать главной жертвой ответного американского гнева. Такой страны на сегодняшний день в Европе нет. Даже Германия — главная страна Евросоюза — боится занять эту роль. Так, в вопросе о санкциях против «Северного потока — 2» немецкие чиновники говорят лишь о том, что, «с нашей точки зрения, сейчас неподходящее время раскручивать эскалационную спираль и угрожать дальнейшими санкциями, перед нами другие проблемы» — вместо того, чтобы пригрозить американцам ответными санкционными мерами за вмешательство во внутренние дела ФРГ. Как они должны были пригрозить ещё во время разрыва сделки с Ираном и попыток США наказать европейские компании за работу с исламской республикой. Ну или хотя бы депортировать Гренелла за его хамство.

Кроме того, в Евросоюзе в принципе нет ни единства, ни политической воли для каких-то серьёзных внешнеполитических инициатив. Страны ЕС даже не могут договориться, как противостоять амбициям Реджепа Тайипа Эрдогана, который получает возможности для полноценного нефтегазового шантажа Старого Света. О каком тогда бунте против американцев может идти речь?

Поэтому, скорее всего, Европа продолжит злиться и терпеть. А мир продолжит делать ставки на то, какова вместительность европейской чаши терпения. И вообще не бездонна ли она?

 

Геворг Мирзаян
Политолог, журналист, доцент департамента политологии Финансового университета при Правительстве РФ