Кого теперь может испугать призрак Великой Сербии

03.10.2020 18:27

Кого теперь может испугать призрак Великой Сербии Кого теперь может испугать призрак Великой Сербии

«Братушки» не там?

На днях Сербия под давлением НАТО и ЕС отказалась от совместных военных маневров с Россией и Белоруссией. Немного ранее Белград присоединился к санкционным мерам Евросоюза против Белоруссии, вместе с ЕС не признав итоги президентских выборов в Белоруссии.

Увы, но в очередной раз (в период наибольшей напряженности в отношениях России с Западом) сербская сторона демонстрирует свою ориентацию в сторону, прямо противоположную пресловутому «историческому родству». Хотя, конечно, нынешняя ситуация вокруг Сербии не могла не вынудить Белград к таким действиям.

И всё же что это, если не удар в спину России, а заодно с ней — и Белоруссии? И это при всех отсылках к традициям дружбы — далеко не первый удар. Еврокомиссар по европейской политике соседства и переговорам по расширению Йоханнес Хан в недавнем интервью белградской газете «Вечерние новости» предписал Сербии не только солидаризироваться с позицией ЕС в отношении Белоруссии. Но и поддерживать политику ЕС в отношении России.

Уточним дословно:

Мы ожидаем, что представители вашего правительства продолжат демонстрировать приверженность ключевой стратегической цели — вступлению в ЕС — в своих высказываниях и действиях.

По словам Й. Хана, в Евросоюзе понимают, что Сербия и Россия имеют давние связи, но Белград уже сделал свой выбор в пользу вступления в Евросоюз в качестве стратегического приоритета.

Что это значит на практике? Белград теперь должен следовать общей линии Брюсселя в этих вопросах. Сербия, напомним, ещё в 2012-м объявлена руководством ЕС кандидатом на вступление в это межгосударственное объединение, превратившееся уже в подобие политического блока покруче НАТО. Присоединить сербов к Евросоюзу запланировано не позже 2021 года.

При том, заметим, Сербия уже более пяти лет участвует в зоне свободной торговли с Российской Федерацией и другими странами Евразийского экономического союза. Как будет совмещаться то и другое? «Официальной» ясности нет и пока не предвидится.

Тем временем Сербия, как заявила сербский премьер Анна Брнабич, официально присоединилась к недавнему заявлению Евросоюза, объявившему президентские выборы в Белоруссии как не соответствующие международным стандартам, и рекомендующему санкции против лукашенковской Белоруссии.

В то же время г-жа Брнабич сделала смягчающий реверанс по адресу лично Лукашенко. Она выразила надежду, что глава Белоруссии

не обидится из-за присоединения Белграда к заявлению ЕС. Мы не должны забывать, что белорусский лидер был единственным мировым лидером, посетившим Сербию во время бомбардировок НАТО в 1999 году.

Эрозия памяти

Как видим, у сербских лидеров совсем неплохая память. Но и у россиян с памятью пока ещё всё в порядке. Да, текущие тенденции оказывают максимальный прессинг на Сербию, сохранившуюся после распада титовской СФРЮ. Но история, как известно, имеет склонность повторяться: ведь в недавнем прошлом единая Югославия не единожды вставляла прозападные палки в колеса советской политики.

Скажем, быстро развивавшееся с 1948 года военно-политическое сотрудничество СФРЮ с НАТО привело в 1951 г. к югославско-американскому бессрочному договору о «взаимном обеспечении безопасности». А в 1953-м — к созданию под эгидой НАТО «Балканского пакта» в составе Югославии и членов НАТО Греции и Турции. Причем те договор и Пакт существовали вплоть до распада СФРЮ, то есть даже после прекращения в середине 50-х советско-югославской конфронтации.

В 1967-м, а затем и в 1973 году Белград отклонял просьбы Москвы об использовании советским ВМФ пунктов базирования югославского флота для военной помощи Сирии и Египту. Но в 1979 году СФРЮ вполне ожидаемо включилась в антисоветскую кампанию в связи с вводом советских войск в Афганистан.

При этом в Белграде официально признавали режим Пол Пота вплоть… до распада самой Югославии. И эта же страна была одной из немногих, кто не выступил против агрессии КНР во Вьетнаме. Кстати, СФРЮ в 1969 году не осудила и военные провокации КНР на советско-китайской границе.

Зато маршал Тито жёстко осудил вступление советских войск и войск стран Варшавского договора в Венгрию в 1956 и в Чехословакию в 1968 г. Вряд ли стоит забывать, что даже само «Движение неприсоединения», создание которого инициировал лично югославский лидер ещё в 1961 г., предназначалось для «ограждения» развивающихся стран не столько от США, сколько от СССР (На руинах Югославии. Чужие наследники Тито).

В то же время, по мнению Лазара Мойсова, посла Социалистической Югославии в СССР ещё на рубеже 50-х и 60-х годов,

в Белграде ожидали, что Россия будет ограничивать хотя бы политические связи с Западом в связи с бомбардировками НАТО и с отторжением Косова. Но этого не случилось, потому что уже не было ни СССР, ни Варшавского договора, а в Белграде не считали эти факторы главными в российской политике на Балканах.

Если помощь не приходит


Со ссылкой на кризисы и санкции не состоялась и

масштабная финансовая поддержка Россией Сербии, на что тоже надеялись в Белграде. Не потому ли там и был взят курс на примирение с Западом, что в сложившихся политических условиях в регионе не могло не привести к развитию сближения Сербии с Западом…

Это отмечал отметил в своих мемуарах югославский дипломат.

По оценке Л. Мойсова, в Белграде опасались и того, что

в противном случае от Сербии могут отторгнуть автономную Воеводину в пользу Венгрии (была оккупирована Венгрией в 1940-45 гг. — Прим. авт.), и тогда от Сербии мало что останется.
Вполне можно согласиться с причинами нарастания прозападного крена в сербской внешней политике, которые привёл Л. Мойсов. В результате, по данным известного сербского политолога Срджана Першича, Сербия стала сближаться не только с ЕС, но и с НАТО. Причем страна до 2012 года под предлогом проведения военной реформы в сфере безопасности следовала полностью в фарватере НАТО.

2000-2012 годы вообще можно назвать эпохой «тихой» интеграции Сербии в НАТО. Однако в 2014-м возобновилось военное сотрудничество с Россией: стороны провели совместные военные учения, стали расти закупки российского вооружения. При этом российско-сербские военные учения с участием белорусской стороны стали ежегодной практикой. При этом Сербия, однако, не отказалась и от сотрудничества с НАТО.

Но опять же геополитические и региональные реалии в совокупности с ужесточением антироссийских санкций США и других стран НАТО, да и с «добавкой» обструкции ими итогов президентских выборов в Белоруссии привели к усилению прозападного курса Белграда.

Срджан Першич и другие сербские эксперты отмечают в этой связи, что смена курса была наглядно продемонстрирована подписанием соглашения о «нормализации экономических отношений» Сербии и Косово в присутствии Дональда Трампа 4 сентября в Вашингтоне. Это втянуло Сербию в американскую сферу влияния».

С одной стороны, ситуация объяснима. К настоящему времени Сербия, уже лишенная с помощью НАТО косовского региона, окружена странами-членами НАТО, откровенно враждебными Белграду. В последнем случае это прежде всего Албания, Хорватия, мусульманская республика БиГ, не говоря уже о Косове.

Напомним, возможности создания некоего политического блока в составе Сербии, Черногории и Северной Македонии были упущены к середине 2010-х. И не в последнюю очередь «благодаря» отсутствию российской поддержки формированию такой коалиции (см. Наследство и наследники хозяина Югославии).

Но, с другой стороны, Сербия активно участвует в российском газоэкспортном проекте «Турецкий поток», который имеет очевидное геополитическое значение для России. Вдобавок Сербия участвует, повторим, в зоне свободной торговли с ЕАЭС, остаётся среди крупных импортеров российского ВПК. Сербские власти, как известно, не раз на официальном уровне выражали солидарность с Россией по внешнеполитическим вопросам.

Словом, если в периоды, вполне благополучные для Югославии, Белград противодействовал Москве, то стоит ли удивляться нынешним белградским «виражам»?..